И снова отец прервал ее речи жутким смехом. Мать же побагровела от злости, глядя на Джандис.
— Что бы он работал на Каэр-Дарроу, — передразнил Джандис отец. — Чтобы я могла к нему бегать каждый день и каждую ночь. Чтобы я могла навлекать позор на свою семью. — Отец перевел взгляд на кузнеца. — Ты и правда хочешь работать на Каэр-Дарроу?! Ты и правда столь наивно пытаешься соблазнить мою дочь?! Убирайся сейчас же!!!
Кузнец повернулся к Джандис, поклонился ей и, развернувшись, вышел вон. Джандис перевела взгляд на отца с матерью.
— Это было отвратительно так разговаривать с человеком, спасшим мне жизнь отец! — выпалила она. — Я не знаю, что позорит, по вашему мнению, нашу родовую фамилию, но я знаю, что ее позорит по моему мнению.
И тут она, вскрикнув, упала на пол: отец, размахнувшись, отвесил ей пощечину достаточной силы, чтобы сбить на землю не только хрупкую девушку, но и взрослого мужчину.
— Молчать дрянь! — вскрикнул он. Джандис подняла глаза и увидела, что его лицо было красным от переполнявшей его ярости. Мать же напротив была белее снега и гневно сжимала свои тонкие губы. — Как ты смеешь так разговаривать со своим отцом?! Мы не для того тебя взрастили, чтобы ты сомневалась в мудрости наших решений. Вставай и мигом приведи себя в порядок. Через пять минут я хочу видеть тебя в зале собраний! И не заставляй меня ждать!
Дверь за спиной у Джандис заперлась, и два стражника встали по обе ее стороны. Пряча слезы, она побежала к себе в комнату. Теперь о том чтобы догнать Арракса не могло быть и речи, стража ее не пропустит, а только позовет отца. И что такое важное отец приготовил в зале собраний? Наверняка тут замешан Кель-Тузед и его туманные намеки об изменениях в системе образования Шоломанса. Впрочем, это ее уже мало волновало. Сейчас нужно было как-нибудь снискать расположение отца в самые краткие сроки и вырваться из этого проклятого дома. Вырваться навсегда и жить в Дарроушире с Арраксом. Ей уже не нужны были платья и балы, поклонники и слуги. Ей хотелось только добраться до Дарроушира и либо остаться жить там с Арраксом либо с ним же уехать в Даль'Аран и учиться там в Кирин-Торе. Второпях переодевшись и умывшись, Джандис вышла из комнаты и, миновав главный холл поместья, спустилась в подвал.
Однако подвал Шоломанса это был не какой-то там погреб. Это и была школа. Узенькая лестница, ведущая в подземелье заканчивается дверью, за которой сидит привратник, проверяющий учеников и задерживающий опоздавших. Опоздавшие ученики, равно как и те, кто провинился по какой-либо другой причине, все выходные будут работать в качестве прислуги: убирать помещения, готовить еду, пасти скотину и выполнять всю работу которую обычно выполняют слуги Шоломанса. Сразу же за этой дверью начинается большой широкий коридор по обеим сторонам которого располагаются аудитории. В конце коридора лестница на нижний уровень, где находятся аудитории для старших курсов. Там же и находятся кабинеты Верховного Инструктора Гамлинга, ректора Расса и других самых важных преподавателей Шоломанса. Коридор же заканчивается огромной двустворчатой дверью, за которой и есть тот самый зал собраний. В это зале собираются в начале учебного года и по его окончанию, когда выпускают из стен школы очередной курс учеников завершивших свое обучение здесь. Однако иногда тут собираются и по другим не менее важным событиям. Похоже, что сегодня был именно такой случай. Джандис миновала привратника и пошла по коридору в сторону зала собраний. И вдруг увидела, как в зал прямо перед ней вошел ректор Расс. Еще в годы обучения все ученики, в том числе и она, дочь владельца этой школы хотела узнать, что же находиться в кабинете Расса. Об этом кабинете ходили школьные легенды. Одни говорили, что там находиться портал в другой мир, другие, что там есть некая дверь позволяющая путешествовать во времени. Однако никто и никогда бы не рискнул пробраться к этому нелюдимому человеку. За его синие как лед глаза и холодный тихий голос ученики прозвали его Ледяной Шепот. И вот представился такой случай. Мигом забылся страх перед отцом, детский интерес взял свое и Джандис, словно непослушный ребенок свернула влево перед самыми дверьми зала собраний и сбежала в темноту вниз по лестнице.
На нижнем уровне она была только на последнем курсе и потому не очень хорошо его изучила, но где находился кабинет Расса, помнила прекрасно. Как она будет открывать дверь, Джандис пока не имела понятия, но ей и не очень хотелось об этом думать. В конце-концов их учили простым отпирающим заклинаниям и, хотя Джандис всегда казалось, что у нее нет дара использовать энергию Искривленного Пространства для сотворения заклинаний, сейчас ей казалось, что она может сделать все что угодно.
Пробежала еще один коридор и остановилась перед дверью. Как же здесь холодно было. И дело все не в том, что кабинет Расса находился так глубоко и далеко от центральных помещений. Казалось, что холод ползет из-за двери к ней. Джандис подошла чуть ближе к двери и уже хотела поднять руку и произнести отпирающее заклинание, как вдруг дверь содрогнулась перед ней и медленно начала открываться.
Джандис отпрянула от двери, из-за которой медленно начал выползать голубоватый туман. Туман стелился по полу, подползая к Джандис. Девушка уперлась спиной в стену и поняла, что дальше отступать некуда. Нужно было бежать отсюда, но страх мешал думать и двигаться. Словно прикованная к месту она смотрела, как туман подползает к ее ногам. Внезапно ее пробрал потусторонний холод, как только туман коснулся ее ног и начал подыматься выше. И тут же она поняла: Расс все узнает, он узнает, что она была здесь. Этот туман был живым, и он был сторожем незримым кабинета ректора. Джандис попыталась сделать шаг в сторону от стены прямо в густой туман, как вдруг он растаял в мгновение ока. Холод прошел, Джандис в недоумении озиралась по сторонам. Дверь кабинета все так же была открыта. Даже если Расс и правда узнает, что Джандис тут была, хуже ведь уже не будет, рассудила она и медленно вошла в дверной проем.
Посреди кабинета стоял огромный подсвечник с не менее чем полусотней свечей на нем. Однако, несмотря на это ей казалось, что в кабинете было слишком темно. Она подняла глаза вверх и поняла причину этой тьмы. Словно огромная паутина оплела потолок; тьма исходила сверху кабинета, там клубились черные тени, чернее самой ночи. Они двигались по всему потолку, изредка отделяясь от потолка и притягивая к Джандис что-то наподобие рук. Вот одна из теней отлепилась от потолка и медленно поползла к полу. Коснулась пола и растаяла, а в ушах Джандис послышался скорбный и в то же время злобный шепот. Живые тени на потолке шептали и тянули свои руки к Джандис. Не в силах больше выносить этот кошмар Джандис развернулась, что бы бежать из кабинета, как вдруг прямо перед ней дверь закрылась с гулким стуком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
